реальность – не может быть теорией. реальность – это всеобъемлющая данность. она не влезает ни в какую теорию. любая теория – это ее частный случай. еще хуже обстоит дело с богом, если для кого-то он является всего лишь теорией. по остроумному замечанию поппера фальсифицировать можно только нечто подлежащее научному изучению, т.е. ограниченное. объекты научного изучения всегда ограничены. вычленить объект научного изучения из непрерывной реальности настолько трудная задача, что вычленение и научное изучение практически одно и то же. т.е. вычленил – значит дал научное определение, изучил. реальность членится наукой на отдельные феномены и они подлежат изучению. но саму реальность вычленить не из чего. а бога, похоже, и расчленить нельзя. таким образом реальность или бог ненаучны, они не подлежат научному изучению. они не могут рассматриваться как ограниченные объекты. и мы не можем вступать с ними в субъекто-объектные отношения. все попытки описать бога как некоего демиурга, сотворившего человека в виде ожившей глиняной фигурки или чудесного заводного механизма, разбиваются о несостоятельность такого описания именно потому, что этим богу навязываются некоторые ограничения. этим он вводится в субъекто-объектные отношения и сам превращется в объект, пусть в очень большой и чрезвычайно всемогущий, но всего лишь объект. объект в ряду других объектов. типа того, как когда-то король был первым дворянином среди других дворян, что в итоге привело к его свержению и установлению республики. поэтому я, хоть и являюсь человеком верующим, предпочитаю говорить не о боге, а о разумных проявлениях реальности, в которую мы все включены. во-первых, мне не нужны доказательства ее существования. она всюду, куда ни ткни пальцем. и даже там, куда не ткнешь пальцем. а во-вторых, то, что в ней проявлен разум, т.е. то, что она вся пронизана свойствами, а нигде не является чем-то энтропийно неопределенным, где господствует некая слепая случайность, избавляет меня от болезненного ощущения бессмысленности всеобщего существования. вот почему утверждения «бог есть» или «бога нет» сами по себе для меня мало что значат. если человек утверждает, что бог есть, подразумевая под этим демиурга, слепившего глиняного человечка или собравшего его из искусно сделанных деталей, то такого бога нет, и так себе представляющий бога верующий для меня мало чем отличается от атеиста. мало того, я считаю, что построить свою жизнь, отталкиваясь от одного из этих утверждений – «бог есть» или «бога нет» – в принципе невозможно. именно потому, что построить что-то мы можем только из ограниченных, поддающихся научному изучению фальсифицируемых объектов, из каких-нибудь кирпичей или электросхем. даже эволюция строится из ограниченных объектов – живых клеток. т.е. у всего, чем мы оперируем, уже есть свойства. сами мы не создаем свойств, а комбинируем уже имеющимися. даже создавая новые объекты, мы не создаем новых свойств, а смешиваем коктейли из уже имеющихся. и сам по себе каждый из нас – это такой созданный в процессе эволюции коктейль. в коктейль можно добавить те или иные инградиенты из уже имеющихся в нашем распоряжении. а поскольку бог не находится в нашем распоряжении, то и подмешать его в свой коктейль по своему усмотрению мы не можем. вот почему сами по себе утверждения «бог есть» или «бога нет» нам ничего не дают. какой-нибудь человек по природе своей от рождения злокозненный, даже если он верующий и регулярно ходит в церковь, все равно строит злые козни своему ближнему. он просто иначе не умеет. а если человек по своей природе добронравный, но атеист, то от него больше добра, чем от многих верующих. конечно, случается, что дурной человек вдруг преображается и становится замечательно добрым. но эта способность к метаморфозе тоже должна содержаться в коктейле его свойств. как способность невзрачной гусеницы превращаться в восхитительную бабочку заложена в ней генетически. простым утвержлением «бог есть» этого не добьешься, как, впрочем, столь же простым утверждением «бога нет» этого не отменишь.